Проект «Человек»: как мы веками пытаемся стать лучшей версией себя

Потому что если ты не развиваешься - ты за бортом. Но задумывались ли вы когда-нибудь, с каких пор это стало не просто трендой, а нормой уровня "must-have"? Думаете, недавно, да? Тогда вас ждет сюрприз!

Люди веками пытались превзойти самих себя - просто каждый век задирал планку выше и выше и менял само значение, которое люди вкладывали в слово "развиваться". Так, саморазвитие существовало и в средневековье, и даже в античность, но круто менялось из века в век. В конце концов, у каждого столетия был свой идеал и правила игры, поэтому история саморазвития начинается отнюдь не с приложений для трекинга привычек и книг по психологии, а с… Древней Греции?!

Пайдейя, софисты и первые коучи

В Древней Греции саморазвитию человек уделял вовсе не свободное время, как сейчас, а всю свою жизнь. Оно входило в процесс воспитания человека и называлось пайдейя - формирование личности через знания, упражнения, привычки и участие в жизни полиса. Общественные требования были невероятно высоки: человек должен был быть хорош и телом, и духом. Для мужчины из элиты это означало целый набор дисциплин, которые он должен был изучать и тренировать с семилетнего возраста: риторика, философия, музыка, поэзия, гимнастика, военная подготовка. Развиваться значило не "искать себя", а готовить себя к публичной и социально-политической жизни (поскольку все граждане несли ответственность за процветание своих полисов). Следовательно, им также нужно было иметь навык дебатов, разбираться в судебном деле, управлении и, конечно, иметь непревзойденное ораторское мастерство.

Именно в эту эпоху появились люди, которых сегодня легко было бы назвать коучами. Софисты вроде Протагора и Горгия - известных древнегреческих мыслителей и риторов - ездили по городам и за деньги учили молодых аристократов говорить так, чтобы побеждать в споре, убеждать толпу и успешно строить карьеру в политике. Это был не "древний университет", а своего рода курсы или репетиторство: если тебе не хватало харизмы и убедительности, ты шел к профессионалу и платил за обучение. В то время, кстати, и зародился конфликт между развитием внутренним (воспитание духовности) и развитием внешним (обучением тому, что выгодно и в перспективе принесет финансовую польщу). Людям того времени тоже нередко приходилось выбирать что-то одно.

Для женщин эта система, однако, была почти закрыта. Исключения вроде Аспасии из Милета - образованной женщины из круга афинского правителя Перикла, которую античные авторы связывали с риторической культурой и интеллектуальной жизнью Афин, - только подчеркивали правило. Развивающимся человеком в полном смысле слова считался прежде всего свободный мужчина, которому предстояло выйти в мир и работать на его благо. Выбор ролей для женщин же был весьма склонен, - или храмовая жрица, или жена, - поэтому и обучение для них было весьма ограниченным.

Семь свободных искусств, рыцарские добродетели и благочестие

Если античность делала ставку на гражданскую и интеллектуальную жизнь, то Средневековье и так называемый "христианский мир" воспевали спасение души, а значит обучаться следовало ни иначе, как внутренной дисциплине и добродетели. Вместо вопроса "Насколько ты яркий и убедительный?", которым чаще всего задавались в античность, в Средние века сменился на "Насколько ты правильно живешь?". Для образованного человека базой служили семь свободных искусств: сначала тривиум - грамматика, риторика, логика, а затем квадривиум - арифметика, геометрия, музыка и астрономия. Это была не просто школьная программа, а каркас образования. На человека, который не прошел эту базу, в интеллектуальной среде смотрели сверху вниз - то, вероятно, нищие крестьяне.

Но саморазвитие Средних веков не сводилось к одной лишь теории и чтению полезных книг. У рыцарей (тогда это была полноценная профессия) был свой набор "обязательной прокачки": верховая езда, фехтование, стрельба, плавание, охота, игра в шахматы, иногда даже музыка и поэзия. В конце концов, рыцарь должен был быть не только бойцом, но и представителем государства, короля, а значит он должен был обладать с выдержкой, манерами, блюсти кодекс чести, быть набожным и при этом уметь правильно подать себя высшему свету. Иными словами, хороший меч без хорошей репутации считался недостаточно острым.

Для женщин рамки были намного строже, но если в Древней Греции выбор просто был ограничен, то в Средние века же помимо ограничений, были установлены высочайшие, почти недостижимые "критерии качества". Так, саморазвитие здесь проходило через благочестие, управление домом, репутацию, рукоделие, чтение молитвенных и нравоучительных текстов (в идеале женщина должна была знать все их наизусть), иногда - письмо и литературу, если позволяли происхождение и обстоятельства. На этом фоне особенно примечательна фигура Кристины Пизанской - французской писательницы рубежа XIV-XV веков, одной из первых женщин Европы, живших литературным трудом. В начале XV века она написала "Книгу о Граде женском", а затем "Книгу трех добродетелей" - по сути руководство о том, как женщине сохранить достоинство, разум и внутреннюю силу в мире, который привык считать ее слабой и неполноценной. Это был не манифест, призывающий к независимости, нет, но именно Пизанская стала первой женщиной, которая заговорила о важности женского ума (покуда высокий интеллект у женщины в Средние века считался скорее недостатком, чем преимуществом).

Универсальный человек, манеры и первые таблицы привычек

Ренессанс и эпоха Просвещения приблизили саморазвитие к тому виду, который мы уже легко узнаем. Именно в эту эпоху человек перестает быть просто носителем определенной роли и превращается в проект, над которым можно сознательно работать. Возникает идеал универсального человека - образованного, любопытного, дисциплинированного, умеющего многое сразу. Самый очевидный символ здесь, конечно, Леонардо да Винчи - одновременно и художник, инженер, анатом, исследователь, то есть человек, для которого развитие было не одной специальностью, а способом существовать в этом мире.

В это же время появляется и более светская линия развития - все еще важно быть образованным, но при этом нельзя выглядеть натужно и высокомерно. Очень точно это сформулировал Бальдассаре Кастильоне, итальянский дипломат и писатель XVI века, в "Книге о придворном". Там появляется понятие спреццатура - искусство делать сложное так, будто вам это ничего не стоит. По сути, это один из первых текстов о самоподаче, весь смысл которого сводился к тому, что недостаточно быть развитым, важно еще и не выглядеть скучным педантом, который слишком старается. Человека, у которого знания выпирают наружу как то было в эпоху античности, могли счесть тяжелым, нелепым или просто неприятным. То есть уже тогда саморазвитие включало не только накопление навыков, но и тонкость их подачи. По-нашему, эмоциональный интеллект и имидж.

А в XVIII веке появились первые "таблицы привычек" или прародители чек-листов: Бенджамин Франклин, американский политик, изобретатель и один из отцов-основателей США, составил список из 13 добродетелей. В него вошли умеренность, молчание, порядок, решительность, бережливость, искренность, спокойствие и так далее. Он предлагал отмечать в таблице свой уровень развития этих навыков и "слабые места". Данный подход стал символ нового поворота, а именно отношение к саморазвитию не как к непрерывному заучиванию или исследованию, а как к почти инженерной работе над собой и своей личностью.

Самопомощь, Механические институты и self-made предприниматели

В XIX веке саморазвитие уже получило свое современное имя и начало работать как социальный лифт. Так, в 1859 году Самюэл Смайлс, шотландский писатель и публицист, выпустил книгу "Самопомощь", в которой превратил работу над собой в моральную программу. Так, человек, по Смайлсу, должен был воспитывать характер, трудолюбие, выдержку, бережливость и настойчивость, чтобы стать "self-made" и подняться на вершину общества и карьеры не благодаря происхождению, а благодаря личному усилию. То есть, если раньше развитие было тесно связано с добродетелью или общей образованностью, то теперь оно вплотную переплелось с успехом. Полезный человек, в понимании общества XIX века - это тот, кто учится, работает, преодолевает и поднимается с низин.

Именно в эту эпоху стали появляться более практичные формы массового развития, особенно для мужчин из рабочего и нижнего среднего классов. Речь о Механических институтах - образовательных учреждениях для взрослых, где учили прикладным наукам, технике, черчению, математике и другим навыкам, полезным для промышленной эпохи. То есть саморазвитие впервые массово начинает приносить не только внутреннее удовлетворение, но и вполне ощутимые деньги. Учиться стало не просто благородно и высокодуховно, но и выгодно.

В этот период и появилась противоположная крайность в духе "Если ты не развиваешься, то ты ничтожество". На человека, не посещающего курсы, не читающего книги, не монетизирующего свои знания смотрели как на ленивого, неамбициозного и неуспешного. Так образование перестало быть классовой привелегией и, став общедоступным, в то же время стало своего рода "аксессуаром", отсутствие которого вызывало высокомерный взгляд и отвращение на лице собеседника. XIX век в этом смысле стал беспрецедентной эпохой: он действительно открыл путь низам общества через развитие интеллекта и характера, но вместе с этим ужесточил мораль и породил новые социальные различия, уже не между классами, а между учащиеся-неучащиеся.

От характера к харизме: саморазвитие как индустрия

Если XIX век воспевал прагматизм и технические знания (что также поспособствовало промышленной революции и наоборот), то XX век опять сместил акцент на умение нравиться, убеждать и производить впечатление. Самый яркий перелом здесь - книга Дейла Карнеги, американского писателя и лектора, "Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей", впервые изданная в 1936 году. Саморазвитие стали связывать с общением, влиянием, симпатией, искусством разговора, умением располагать к себе и выигрывать переговоры, споры и конфликты за счет человеческого контакта. Карнеги, по сути, произвел революцию в саморазвитии, вернув его в рамки социальной эффективности.

После Второй мировой войны картина несколько изменилась - еще раз. Гуманистическая психология добавила новый акцент: развиваться надо не только ради карьеры и успеха, но и ради полной, осмысленной жизни и блага всей человеческой цивилизации. Абрахам Маслоу, американский психолог, вводит в оборот идею самоактуализации - стремления реализовать свои способности и стать тем, кем человек потенциально может быть. На этом фоне саморазвитие уже окончательно превратилось в индустрию: появились первые печатные книги, семинары, лекции, тренинги, советы по продуктивности, уверенности и лидерству.

Для женщин XX век особенно важен потому, что именно в это время они наконец-то получили доступ к тому же саморазвитию, который на протяжении веков имели мужчины. Этому помогли сразу несколько процессов: борьба за женское образование, суфражистское движение, изменения в трудовом законодательстве и, конечно, войны, во время которых женщины массово заняли рабочие места, прежде считавшиеся мужскими. После этого стало гораздо труднее делать вид, будто женское развитие должно ограничиваться только воспитанностью, домашними навыками и "правильным" поведением. Очень точно новый запрос уловила Вирджиния Вулф в эссе "Своя комната" 1929 года: она писала, что на самом деле женщине, как и мужчине, нужны не абстрактные похвалы, а деньги и собственное пространство. Иными словами, в XX веке стало ясно: развиваться мешает не "женская природа", а отсутствие времени, независимости, образования и прав.

Что мы называем саморазвитием сегодня

Современное саморазвитие стало таким не случайно. На него повлияли сразу несколько больших сдвигов. Во-первых, рынок труда стал гораздо менее стабильным: одна профессия на всю жизнь больше не гарантирована, а значит, человек должен постоянно доучиваться, осваивать новые инструменты и следить за тем, чтобы не выпасть из профессии. Во-вторых, интернет и соцсети превратили чужие успехи, навыки и образ жизни в бесконечную витрину для сравнения. В-третьих, в повседневную жизнь пришел язык психологии: если раньше человек должен был просто быть дисциплинированным и полезным, то теперь от него ждут еще и эмоциональной зрелости, устойчивости, осознанности и умения "разбираться в себе".

Отсюда и нынешний набор того, что принято считать саморазвитием. Это уже не только книги, образование и карьера. Сегодня в этот список обычно входят иностранные языки, цифровая грамотность, публичная речь, финансовая грамотность, управление временем, навыки общения, эмоциональный интеллект, работа с привычками, спорт, забота о ментальном здоровье, терапия, расширение кругозора, а для многих - еще и развитие личного бренда. Иными словами, современный человек должен не просто что-то знать или уметь, а постоянно поддерживать себя в "актуальном состоянии" сразу по нескольким направлениям.

Именно поэтому сегодняшнее саморазвитие ощущается таким тяжелым и почти непосильным для многих. Раньше у каждой эпохи был более-менее один понятный идеал: оратор, рыцарь, добродетельный христианин, человек, который сделал себя сам. Сейчас идеалов слишком много, и они плохо сочетаются между собой. Нужно быть продуктивным, но не выгоревшим. Амбициозным, но не токсичным. Уверенным, но рефлексирующим. Успешным, но умиротворенным и "в контакте с собой". В результате саморазвитие превратилось в бесконечный проект по обслуживанию разных сторон собственной личности и потребностей самого рынка. И в ширине трактовок, пожалуй, и заключается его главное отличие от прошлых эпох. Кто бы знал, что свобода выбора и стремительный технический прогресс сыграют с человеческой личностью такую злую шутку?